Сторожу нелегко прокормить семью в десять человек на свое жалованье. Поэтому Эрнест Хаклби откармливал несколько свиней в проволочной загородке на окраине Аламогордо в Нью-Мексико.

К рождеству он заколол кабанчика, и вся семья веселилась. Потом начались несчастья.

Восьмилетняя Эрнестина внезапно почувствовала сильную слабость. Она ослепла и утратила чувство равновесия. Некоторое время спустя нарушения равновесия начались у тринадцатилетнего Амоса; речь у него сделалась неразборчивой, перестали слушаться руки. Затем наступила очередь старшей сестры — Дороти Джейн, двадцати лет: у нее так сильно повысилось давление, что она с трудом передвигалась по комнате. Восемнадцатилетний Трой, вернувшийся на базу ВВС в Холомане, писал, что страдает от приступов головокружения. 56-летний сосед семейства сторожа потерял чувство равновесия и координации, и все расплывалось перед его глазами.

Спустя семь месяцев Дороти Джейн все еще находилась в госпитале в Эль-Пасо. Ей как будто стало немного лучше. Она начала понимать, о чем говорят, и даже отвечать на вопросы. Эрнестина и Амос по сей день ничего не видят и не чувствуют. «Этих ребят ждет мало радостей,— заявил лечащий их врач Е. Дж. Кламп. — Даже если они выберутся из госпиталя, они обречены на растительное существование».

Врачи, поставленные в тупик этим случаем, сначала предположили, что это сонная болезнь. Но дальнейшие поиски привели в конце концов к свинине, съеденной на рождество. Свинина содержала ртуть, которая перешла в организм животного с семенами кукурузы, протравленными ртутным фунгицидом. Хаклби скормил свиньям семена, предназначенные для посева.

«Болезнь сумасшедшего шляпника» — одно из названий этого заболевания. Льюис Кэррол, создавая образ своего Сумасшедшего шляпника в книге «Алиса в стране чудес», использовал описание нелепых поступков шляпников XIX века, для которых это заболевание было профессиональным — выделка фетра для шляп требовала присутствия ртути.

После вспышки болезни в японском городе Минамато ученые окрестили ее «болезнью Минамато». Наилучшее представление о ней дает название «болезнь ухмыляющейся смерти»: после смерти на лице больного остается странная ухмылка. Но под любым названием ртутное отравление — мучительное заболевание, часто (в 33% случаев) приводящее к смертельному исходу. Проявления ртутного отравления ужасны: психические расстройства, мышечные спазмы, конвульсии, изгибающие тело в виде тугого лука, паралич, потеря зрения и речи и во многих случаях — на всю жизнь искалеченные руки и ноги, безумие.

Смерть при этой болезни может наступить в любое время — от 26 дней до 4 лет с момента возникновения заболевания.

Трагедия семьи Хаклби плюс несколько сотен недавних смертей в Японии, Пакистане, Ираке и Гватемале побудили федеральные власти провести срочные исследования.

Их результаты показали, что воды на одной трети территории Соединенных Штатов имеют сравнительно высокое содержание токсичной ртути. Установлено, что ткани некоторых рыб, дичи, крабов  и моллюсков содержат смертельную для человека дозу ртути. Сильно загрязненным оказалось озеро Эри. В Алабаме обнаружено, что на территории штата загрязнена 51 тысяча акров водной поверхности. 35-мильный участок реки Висконсин был закрыт для рыбаков после того, как было установлено, что вылавливаемая рыба содержит потенциально опасное количество ртути. В Луизиане ртуть была обнаружена в мясе крабов и рыбы, выловленных во внутренних водах южнее озера Чарльза.

В городе Портленде, штат Орегон, имел место случай, аналогичный случаю с ядовитой свининой в Нью-Мексико.

Ртуть была найдена в опасных количествах в штатах Алабама, Делавэр, Джорджия, Кентукки, Луизиана, Мичиган, Северная Каролина, Мэн, Массачусетс, Нью-Йорк, Нью-Джерси, Огайо, Пенсильвания, Техас, Теннесси, Вермонт, Западная Виргиния, Вашингтон и Висконсин.

Был издан запоздавший приказ об установлении всех источников ртутного заражения и объявлено, что министерство юстиции будет предъявлять иск любой компании, виновной в загрязнении вод отходами, содержащими соединения ртути.

Пострадала и Канада. Рыба, содержащая ртуть, была выловлена в озерах Эри и Сент-Клэр. Канадские власти запретили промышленный лов щуки и окуня. На загрязненных реках для рыболовов-спортсменов администрация установила знаки, на которых изображена перечеркнутая большим черным крестом сковорода с жареной рыбой.

Власти провинции Онтарио приказали пяти бумажным предприятиям отказаться от технологии, использующей ртуть.

Основными источниками «болезни сумасшедшего шляпника» для людей являются рыба, устрицы, крабы, мидии, венерки и даже утки, живущие на водоемах, загрязненных ртутью. Животные поглощают яд, он откладывается в тканях их тела, его концентрация постепенно растет, и наконец, эта доза передается человеку.

В настоящее время промышленность Соединенных Штатов использует в производстве бумаги, хлора, пластмасс, соды, красок, пестицидов и удобрений более 5,5 миллиона фунтов ртути в год.

Ртуть сохраняется в воде около 100 лет. Она не поддается разложению и оседает и концентрируется в тканях, нервах и клетках животных и человека.

По федеральным законам допустимое содержание ртути в продаваемой рыбе составляет 0,5 части на миллион. При исследовании уток, зимующих на озере Сент-Клэр и реке Детройт, были получены цифры от 0,01 до 1,7 части на миллион. Средний уровень оказался на 20% выше установленного законом. В тканях исследованных рыб содержание ртути доходило до 7 частей на миллион.

Как и все остальные проблемы, связанные с загрязнением среды, «болезнь сумасшедшего шляпника» застала врасплох только потому, что никто раньше не удосужился узнать, существует ли опасность. В Соединенных Штатах нет системы проверки сточных вод на ртуть, не проверяется регулярно на ртутное загрязнение рыба, дичь и вода. Прошло мимо и предостережение из Минамата.

Минамата — маленький приятный городок, насчитывающий 40 тысяч жителей и расположенный на юго-западном побережье острова Кюсю. Залив Минамата был излюбленным местом рыбной ловли для жителей города и окрестных деревень. Промысловые рыбаки на эти воды не претендовали. Гордостью и источником доходов жителей города было прекрасное предприятие по производству удобрений и химических  продуктов.

В 1949 году завод стал производить винилхлорид. В производственном процессе употреблялись соединения ртути. Отходы производства стали целой проблемой для владельцев завода. В 1950 году был вырыт канал, идущий от завода прямо в залив Минамата, и в него начали сбрасывать все промышленные отходы. Система действовала прекрасно.

Три года спустя в одной маленькой деревушке внезапно стали как будто бы сходить с ума кошки и собаки. Они выли, бросались на людей, дергались в судорогах и умирали.

Потом один рыбак почувствовал себя как-то странно. Казалось, у него онемели зубы и язык, а пальцы стали толстыми и неловкими. Стыдясь, он просил жену держать его палочки для еды. Через некоторое время он сошел с ума, а спустя месяц, совершенно изнуренный и истощенный, впал в оцепенение. Врачи не смогли определить его болезнь. Рыбак умер. На его лице застыла ужасная ухмылка. А затем новые и новые случаи — ив окрестных деревнях и в самом городе. Всегда одни и те же симптомы: онемение» конечностей, расстроенная координация движения, потеря слуха и зрения, на более поздних стадиях — судороги, оцепенение и кома. Только трое из 52 заболевших в 1953 году смогли вернуться к прежней работе спустя шесть месяцев после заболевания. У девяти наблюдалось улучшение состояния. 23 остались искалеченными, 17 скончались. Стало очевидно, что разразилась эпидемия какой-то новой, загадочной болезни.

В район были брошены отряды исследователей и врачей. Каждый случай подвергался всестороннему анализу. Не упускалась ни одна деталь, а тем временем, пока накапливались описания случаев заболевания и проводились исследования, болезнь продолжала валить с ног жителей. Постепенно завеса приоткрылась. Был установлен один фактор, общий для всех случаев: ртутное отравление.

Откуда же взялась ртуть? Предположили, что с завода удобрений. Но только некоторые из жертв имели к нему какое-то отношение. Проверка, которая все же была произведена, показала, что завод использует хлористую ртуть как катализатор при производстве винилхлорида. Но жители деревень не могли отравиться этим веществом, так как отходы по каналу сбрасываются в залив. Завод следил, чтобы сточные воды были вне досягаемости.

Исследователи установили еще один фактор, общий для всех жертв: все они ели моллюсков, крабов и рыбу из залива. Эти уловы составляли существенную часть их питания.

После этого исследования ускорились. Выловленные в заливе рыба, крабы и моллюски содержали в тканях значительное количество ртути. В образцах ила со дна залива также оказалось очень высокое содержание ртути.

Причина болезни Минамата стала ясна. Морские организмы служили передатчиком ртутных соединений, сбрасываемых в залив. Им самим яд не вредил, но их тела собирали и концентрировали ртуть и передавали ее в смертельных дозах людям.

Подтверждение этого предположения было получено после того, как кто-то вспомнил, что в деревнях заболевали и гибли кошки и собаки. Кошки, которых в лаборатории кормили рыбой из залива, погибли от болезни Минамата.

Гибельное загрязнение залива продолжало убивать и калечить людей до 1960 года. Вторая вспышка болезни произошла в заливе Нигата в 1964—1965 годах.

Во время вспышки болезни в Минамата из США в Японию были посланы группы медиков для изучения болезни и оказания помощи в борьбе с эпидемией.

«Вспышка болезни Минамата должна стать грозным предупреждением для всех учреждений, занимающихся вопросами взаимосвязи загрязнения вод, морских организмов и последствий, сказывающихся на здоровье населения»,— заявил доктор Брюс Холстед, директор Института исследования жизни и специалист по ядовитым морским животным.

(По материалам зарубежных СМИ. Перевод с английского.

Из журнала «Сайенс дайджест».)